МОСКВА
Центр Инновационных Технологий в Онкологии, при  поддержке  компании Пфайзер,
в рамках мультидисциплинарных мероприятий «Актуальные вопросы диагностики и лечения онкологических заболеваний проводит научно -  образовательное мероприятие  
олекулярно-направленная диагностика и лечение злокачественных новообразований"
►►►►

Клиническое многоборье

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Правительству предлагают оживить скандальный долгострой
Теоретические расхождения между различными медицинскими школами значительно обостряются, когда дело доходит до освоения бюджетных средств.
Стоит государству оказать поддержку одной группе именитых медиков, как у конкурентов тут же возникают не менее важные проекты, тоже требующие существенных дотаций. На днях Российский онкологический научный центр (РОНЦ) имени Блохина презентовал проект новой детской многопрофильной клиники ориентировочной стоимостью 10,8 млрд руб. Этот проект если не дублирует, то во многом совпадает по направленности с программой Федерального научно-клинического центра детской гематологии, онкологии и иммунологии под руководством известного гематолога академика Александра Румянцева. Клинике г-на Румянцева всего три месяца назад премьер-министр Владимир Путин лично обещал 10,6 млрд руб. на строительство нового здания.

«Конкуренты» из онкоцентра на Каширском шоссе, возглавляемого президентом Российской академии медицинских наук Михаилом Давыдовым, по сути, предлагают правительству оживить один из самых позорных московских долгостроев. Уже больше десяти лет на юге столицы зияет пустыми оконными проемами бетонная коробка детского онкоцентра. Еще в 80-е ныне уже покойный бывший директор НИИ детской онкологии и гематологии Лев Дурнов смог обосновать идею большой клиники для больных раком детей. В соответствии с распоряжением Совета министров СССР от 9 июля 1990 года такую больницу всесоюзного значения решено было строить на территории, прилегающей к самому онкоцентру на Каширском шоссе. В 1995 году турецкая компания Alarko, с которой был заключен договор при посредничестве внешнеторгового объединения «Внешстройимпорт», приступила к работе. Оплачивать работы российское государство обязалось по бартеру -- путем поставок в Турцию природного газа. В 1997 году поставки прекратились, а вслед за этим в начале 1998 года встала и стройка, за которую стало некому платить.

Причины неожиданного разлада сегодня уже толком никто не может объяснить -- все списали на последовавший дефолт. Но с тех пор построенные турецкими строителями «коробки» зданий клиники только разрушались от ветра и дождя, а руководство РОНЦ вело переписку с Министерством финансов с целью пробить новые деньги -- на погашение долга перед турками и ввод зданий в эксплуатацию. Нельзя сказать, что государство совсем уж не реагировало на обращение медиков -- в 2002 году НИИ детской онкологии и гематологии был включен в перечень строек и объектов для федеральных государственных нужд, финансируемых за счет бюджетных ассигнований, а в 2007 году про долгострой вспомнил председатель правительства Виктор Зубков, который своим поручением предписал Минфину выделить деньги на завершение строительства. Деньги не выделили, потому что толком неясно, сколько их требуется. По словам начальника управления капитального строительства Академии медицинских наук Александра Блау, в 2001 году российское правительство предлагало иностранной компании отказаться от всех претензий за 4,8 млн долл. отступных. Но турки категорически отказались, сочтя сумму недостаточной.

Сейчас турецкая сторона оценивает долг в 7,3 млн долл. Турки, не получившие причитающиеся им деньги за проведение строительно-монтажных работ и компенсацию таможенных сборов, до сих пор не покидают свой пост на руинах. «Руководство компании решило в суд не подавать, а искать инвесторов. И искали. Но так и не нашли, -- объяснил «Времени новостей» логику турецкой стороны генеральный директор российского подразделения Alarko Реджеп Кесе. -- Поэтому мы просто охраняем площадку, что обходится компании в 100--150 тыс. долл. в год». Расходы на охрану турецкая сторона включает в общую сумму долга российского государства по этому проекту.

При этом до погашения долга о выделении новых средств не может быть и речи. «Только после этого можно будет попасть на территорию объекта, сделать оценку и понять, сколько нужно средств для завершения строительства», -- пояснила «Времени новостей» изучавшая проблему детского онкоцентра представитель Минэкономразвития Татьяна Ашмарина. «Сейчас мы очень рассчитываем, что Минфин откликнется на наши письма и пришлет сотрудников контрольно-ревизионного управления, чтобы подтвердить или оспорить размер задолженности», -- заявил «Времени новостей» Александр Блау.

Между тем, как показала презентация нового проекта детского онкоцентра, планы руководителей РОНЦ серьезно поменялись. Выяснилось, что академик Давыдов заказал новый проект клиники, масштабнее прежнего. Проектировщики из ООО «Гипрокон» начертили уже не четырехэтажные, а шести- и семиэтажные корпуса. В них по замыслу авторов проекта должны располагаться не только операционные, но и удобная гостиница для родителей маленьких пациентов. Планируется возвести сразу четыре корпуса. О поставках всей медицинской техники уже договорились с немецкой компанией AJZ Ingineering.

Но целесообразность столь масштабного строительства, да к тому же уже второй детской онкоклиники, может показаться чиновникам, принимающим финансовые решения, не столь уж и очевидной, как Михаилу Давыдову и его коллегам из РОНЦ. «11 млрд руб. -- это очень внушительная сумма. Мы направили запрос в Минздравсоцразвития с просьбой оценить степень необходимости данного медицинского центра и объем потребности. Тем более что для неспециалиста разница между двумя намеченными детскими онкологическими клиниками не совсем понятна», -- говорит г-жа Ашмарина.

Для академика Давыдова разница очевидна. «Наш центр должен стать единственным в стране лечебным и научным заведением, который будет решать все проблемы детской онкологии в комплексе, в отличие от того, который уже строится», -- заявил он «Времени новостей». Клиника имени Блохина ориентирована исключительно на собственный опыт и отечественные методики. «За два года ни один пациент из нашей детской клиники не был отправлен за границу, -- утверждает руководитель НИИ детской онкологии и гематологии РОНЦ Мамед Алиев. -- Нет ни одной патологии, которую мы не могли бы лечить самостоятельно. Нам не нужны никакие консультации из-за рубежа». Федеральный научно-клинический центр академика Румянцева, напротив, готов импортировать самые современные медицинские технологии с Запада. «Это будет по всем признакам молодой центр. С врачами и медработниками, говорящими на всех языках, получившими специальную подготовку за рубежом», -- убеждал г-н Румянцев Владимира Путина во время посещения премьером будущей стройплощадки.

Минздравсоцразвития, от которого напрямую не зависит выделение миллиардов детским онкологам, предпочитает занять примирительную позицию меж двумя академическими школами. Теоретически ведомство Татьяны Голиковой готово поддерживать строительство новых высокотехнологичных медцентров, поскольку количество детей, нуждающихся в помощи, в десятки раз превышает «мощности» имеющихся клиник. «Центр детской онкологии РОНЦ имени Блохина будет ориентирован на лечение гемобластозов, злокачественных опухолей костей, почек и головного мозга, а также лейкозов. А в Федеральном научно-клиническом центре детской гематологии, онкологии и иммунологии помимо лейкозов будут работать с иммунологическими и гематологическими заболеваниями у детей», -- заявили «Времени новостей» в пресс-службе министерства. Однако в условиях кризиса от Минздравсоцразвития можно ждать лишь словесной поддержки -- в министерстве, похоже, смирились с тем, что затягивается даже строительство клиник, по которым Белый дом принял решение еще в эпоху высоких цен на углеводороды.

ПечатьE-mail

У вас недостаточно прав для комментирования. Авторизуйтесь на сайте, пожалуйста.